UAEN
Весь баланс сил в Европе может сдвинуться в сторону популизма и поддержки России — британский аналитик
12 декабря, 2016

В ключевых странах, которые обеспечивали до недавнего времени статус-кво в мире и определяли глобальный баланс сил США, Франции, Италии, Великобритании — меняется власть, а с ней и государственная политика. При этом наблюдается крен в сторону большего изоляционизма, популизма, политики, ориентированной на тесное сотрудничество с Россией и учета ее интересов, ревизии роли НАТО. Пока форпостом либеральных европейских ценностей, интеграции, атлантизма остается Германия.

Каких изменений в сфере международной системы безопасности стоит ожидать? Что Украине важно в этих новых сложных реалиях осознавать? Об этом Громадське.Мир пообщалось со старшим научным сотрудником Королевского института международных отношений (Chatham House) Джеймсом Шерром.

Мы видим изменение баланса власти на глобальном уровне: в США выбрали популиста Дональда Трампа, вполне вероятно, что во Франции к власти придет прав политик Франсуа Фийон. Оба они скептически относятся к принципам атлантизма. По Вашему мнению, какие это будет иметь последствия для будущего не только НАТО, но и Европы?

Ни один из этих двух политиков, это также может касаться будущего правительства Италии, не настроены и не желают соблюдать фундаментальные правила мироустройства, установленные по окончании Холодной войны. Именно эти правила определяли западную политику последних десятилетий. В течение последних трех лет мы фактически ведем борьбу за основы мирового порядка. Как кандидат в президенты, Трамп даже не обнаружил осведомленности, что такие вещи существуют. С его слов следует, что в настоящее время США грозит лишь «Исламское государство». Китай уже где-то на втором плане для него. А судьба Европы — это дело только европейцев, по его мнению.

Франсуа Фийон длительное время придерживается взглядов, которые можно определить как определенный тип голлизма. Он убежден, что безопасность Европы должна основываться на тесном сотрудничестве, даже интеграции России. Этот французский политик считает, что США нужно воспринимать как внешнего актера. Это его последовательная политическая линия. Итак, если Фийон выиграет выборы, а Марин Ле Пен проигрывает с президентом Трампом в Белом доме, мы можем столкнуться с ситуацией, когда установленные правила мироустройства больше не будут признаваться, или же речь пойдет о том, что их надо заменить непонятно на что.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Как противостоять современному популизму — интервью экс-советника британского премьера

Мы живем в мире, в котором судьба давно определенных правил является неопределенной. И в какой мере им помешают, — это открытый вопрос. Несмотря на полное изменение политического ландшафта в США и во Франции, мы не должны забывать о Великобритании, где большинство граждан поддержало ее выход из ЕС. Все три страны остаются функциональными либеральными демократиями с различными центрами власти, с группами интересов, которые друг друга уравновешивают. Там есть много профессиональных, опытных людей. Тот же Дональд Трамп от них зависит. Насколько они смогут минимизировать силу этих изменений и радикализма? Вот в чем вопрос. Насколько Ангела Меркель сможет повлиять на Франсуа Фийон?

Вы видите потенциал в Германии противодействовать тем тенденциям, которые воцаряются в США, во Франции, в других странах Европы?

Мы сталкиваемся с той проблемой, что от ФРГ сейчас ожидают слишком много. На Меркель, на ее страну в целом также влияют эти тенденции. Вспомним про крайне правое движение «Альтернатива для Германии». У них есть шансы войти в парламент, хотя крайние правые и слабее там, чем, например, во Франции по понятным причинам. Но внутри страны позиции нынешней канцлера не такие прочные.

Мы должны понимать, что есть страны, среди них Украина, которые убеждены, что сохранить установленные правила мироустройства — это жизненно необходимо. Это борьба, которую Германия должна вести не одна. Один из самых печальных последствий Брекзита — что он лишает Ангелу Меркель ее сильнейшего союзника в деле сохранения действующих правил игры и финансово ответственной версии развития европейской экономики и интеграции. Объединенное Королевство отныне сможет быть только внешним союзником, а не внутренним, то есть менее влиятельным. И это опасно. Весь баланс сил в Европе может сдвинуться в сторону большего популизма и поддержки России.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Фрекзит — возможен ли выход Франции из ЕС?

Может так случиться, что Германия будет готова отстаивать нынешнюю политику в отношении России, по НАТО и т.д., но у нее просто не будет в этой борьбе сильных союзников. По вашему мнению, это реалистичный сценарий?

Есть большая вероятность, что она будет иметь большие трудности с Францией, страной, которая со времен Второй мировой была ее близким союзником. В таком случае возникает вопрос, насколько такие страны, как Швеция, Польша, Финляндия, страны Балтии действительно смогут отстаивать нынешний порядок вещей. У Нидерландов тоже проблемы с ЕС. Они заблокировали ратификацию Соглашения об ассоциации с Украиной. Великобритания оказывается за пределами Евросоюза. И все это ложится на плечи одного немецкого правительства.

Может так случиться, что после Брекзита Великобритания станет еще более преданной союзническим обязательствам в рамках НАТО? Ведь именно эта структура будет обеспечивать дальше ее роль в деле сохранения установленных правил игры?

Есть такой сентимент. Может происходить именно так. Впрочем, безопасность в Европе гарантирует не только НАТО. Европейский союз играет очень мощную роль в поддержании безопасности в Европе. Объединенное Королевство, как ключевой игрок в ЕС, усиливало ее, наибольшая его ценность была в том, что оно основала евроатлантическое понимание европейской безопасности в противовес пан-европейском, которое поддерживают Россия и французские голлисты. НАТО и ЕС все больше становятся ближе в сферах безопасности и военного сотрудничества. Отныне Великобритании будет сложнее дальше влиять на эту эволюцию, какую бы роль она не играла в Альянсе.

Вы приехали в Киев, чтобы принять участие в дискуссии о том, что может гарантировать безопасность Украины после Будапештского меморандума. Что может быть после него?

Прежде всего Будапештскому меморандуму всегда придавали много значения. В политическом смысле Россия нарушает Парижскую хартию для новой Европы, Устав ООН. Это должно иметь больший вес, чем нарушение упомянутого меморандума. Кремль разбил вдребезги свой межгосударственный договор с Украиной 1997 года. Это свидетельствует о том, что эта страна не уважает международное право, нарушает целый пакет договоров, заключались после окончания холодной войны и определили нынешний миропорядок. Будапештский меморандум сегодня имеет даже меньшее значение. Это не указывает, конечно, на то, что поддержка США и Великобритании, которая там задекларирована, уже не важно. Это значит, что Украина не может опираться в сфере безопасности на интерпретации договоров другими сторонами. И она никогда не должна была этого делать.

Украина сейчас больше, чем когда-либо обязана заботиться о своей безопасности прежде всего сама. Самой большой проблемой для нее является то, что успехи в войне на Донбассе были достигнуты обычными людьми вопреки препятствиям со стороны органов власти, силовых структур. Этот внутренний фактор является самым важным. Государственная система должна стать эффективной и достойной уважения людей и своей армии. Этот вызов является едва ли не самым значимым для обеспечения себе международной поддержки и более весомым, чем, собственно, ее получение.