UAEN
«Чтобы расследовать убийство, нужна только воля украинских властей», — интервью с матерью Павла Шеремета
19 июля, 2018

Два года назад убили журналиста Павла Шеремета. Утром, когда он ехал на работу, его автомобиль взорвался. Павел умер от полученных травм. Расследование убийства взял под контроль президент Украины Петр Порошенко и назвал его «делом чести».

Прошло два года. Убийство до сих пор не расследовали. Неизвестно ничего — ни кто исполнители, ни кто заказчик. Власть все более неохотно возвращается к этой теме.

В мае 2017 года «Громадское» и «Слідство.Інфо», совместно с международной организацией журналистов-расследователей OCCRP, сняли фильм об убийстве Павла. Журналисты выяснили, что за домом Павла велась слежка — к ней причастен бывший сотрудник СБУ. Однако правоохранительные органы никак не прокомментировали это расследование.

Сила не в силе, сила в правде — эти слова написаны на могиле Шеремета. «Он с этими словами жил. Поэтому эти слова мы и сохранили», — рассказывает мама Павла Людмила Шеремет, с которой в годовщину смерти нашего коллеги, мы поговорили в Минске.  

Мать погибшего журналиста Павла Шеремета Людмила Шеремет в своей квартире в Минске, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

Людмила Станиславовна, прошло два года с гибели Павла, как вы себя чувствуете?

Как и в первый день, когда узнала, что он погиб. Ничего не изменилось. Какие это могут быть чувства? Чувство огромной потери самого близкого человека, своего ребенка.

Изменилась ли ваша жизнь за это время?

Внешне все осталось прежним. Единственное, я ушла с работы – возраст. Хотя очень признательна сотрудникам, руководителю, который сделал все, чтобы я как можно дольше работала. А внутренне — конечно изменилась. Такое впечатление, что я живу в вакууме. Все, что происходит — проходит мимо меня, а я в надутом мыльном пузыре и только созерцаю поток жизни, людей и то, что вокруг.

Есть что-то, что вас поддерживает внутренне?

Если я продолжаю жить, значит господь для чего-то оставил меня. Я рада за внуков, за их успех – они талантливые, умные люди. Рада, что у них все хорошо, потому что это тоже моя жизнь. Радуюсь близким и благодарна родным и друзьям, которые меня поддерживают. И просто малознакомым людям, которые тепло ко мне относятся.

Мать погибшего журналиста Павла Шеремета Людмила Шеремет в своей квартире в Минске, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

На стене в гостиной Людмилы Шеремет много фотографий с Павлом, Минск, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

Как ваши внуки адаптировались к этой ситуации?

Разве можно к такому адаптироваться? Они живут с этой потерей. Им конечно же не хватает отца. Они все были очень дружны, и любили Павла.

Если говорить о признании его заслуг, думали ли вы, может быть, премию учредить? В Беларуси или Украине.

В Беларуси есть сайт «Белорусский партизан» – это его проект, его дело, часть его  жизни. В Польше есть фонд имени Павла Шеремета в поддержку и защиту журналистов России, Украины, Беларуси и Польши. А в Украине, по-моему, в прошлом году вручали какому-то журналисту премию имени Павла Шеремета (премию Павла Шеремета утвердили в 2016 году, после убийства журналиста. Ее вручают в рамках ежегодной ассамблеи Форума гражданского общества Восточного партнерства в Брюсселе,— ред.).

Вы дважды встречались с президентом Украины. О чем вы говорили?

Это были, конечно, непростые встречи для меня и, думаю, что и для Порошенко, и для всех ответственных за следственный процесс тоже. Петр Алексеевич все время говорил о том, что «это дело моей чести и я действительно хочу, чтобы его раскрыли». Я ему верю.

Вы продолжаете общаться с украинскими чиновниками?

Нет. У нас есть адвокат, с которым я один раз встречалась где-то полгода назад, если не больше. Его присутствие и высокое профессиональное стремление к работе в этом деле вселяет надежду.

Мать погибшего журналиста Павла Шеремета Людмила Шеремет в своей квартире в Минске, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

Вас держат в курсе расследования?

Нет.

Как вы думаете, почему убийцы Павла еще не найдены?

Не знаю. Мне не хотелось бы, чтобы пострадал кто-то невинный из-за того, что у них либо не получается, или есть какие-то другие причины чтобы не раскрывать это дело. Потому что такие прецеденты есть. Мне просто интересно, кто же этот человек, кто так боялся [Павла]. Как надо было бояться и ненавидеть моего сына, чтоб взять и вот так, зверским образом лишить жизни?

Вы видели расследование Громадского?

Да, конечно, и я очень благодарна ребятам, которые проделали огромную, серьезную, я и бы сказала с сегодняшних позиций, небезопасную работу.

Журналисты смогли провести такую работу, а люди, которые вели следствие…

Вот это не ко мне. Есть такой вопрос, но я на него не отвечу.

Мать погибшего журналиста Павла Шеремета Людмила Шеремет в своей квартире в Минске, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

С Петром Порошенко вы встречались до или после выхода фильма?

И до и после. И я не говорила с ним об этом фильме.

И он не упоминал?

Нет. Я единственное что спросила: «Вы — гарант, говорите о том, что это дело вашей чести, и хотите, чтобы оно было расследовано. А вот господин Аваков сказал, что это очень серьезное дело, и оно относится к тем 7% дел, которые вообще не раскрываются». То есть, я поняла, что это дело просто не будет раскрыто. Вот и все.

Но если журналисты смогли такого добиться, они даже вычислили номер машины...

А вот это уже к следователям вопрос, к прокуратуре, которые должны были бы на него ответить. Они говорили: «Да, мы проводили расследование, что вот – машина, и тот человек, который там был. Это был охранник кого-то». Но вообще это выглядит несерьезно. На мой взгляд, хотя я непрофессионал.

Мать погибшего журналиста Павла Шеремета Людмила Шеремет у могилы сына в Минске, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

Что нужно сделать украинской власти чтобы ускорить расследование?

Мне кажется, что только воля. Точнее, желание раскрыть это дело.

У вас остались вопросы к следствию?

Нет. Не хочу больше с ними что-либо обсуждать. Не хочу!

Почему?

Это риторический вопрос! Теперь уже у меня нет к ним вопросов. Почему вы не раскрываете дело? Что они ответят? Что это дело их чести, они стремятся! Но – не могут.

Мать погибшего журналиста Павла Шеремета Людмила Шеремет у могилы сына в Минске, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

Какой бы вы хотели справедливости?

Что значит «какой справедливости»?

Если убийц найдут, чего бы вы для них хотели?

Вы знаете, нет моего сына. И мне не так важно, что будет с виновными. Пусть их накажут согласно закону. Мне чужой жизни не надо.

Ваше самое яркое воспоминание о Павле?

У меня все воспоминания яркие. Самое яркое – его рождение: очень красиво, с поднятой рукой, и мне сказали, что он просалютовал этой жизни. Я очень любила его, а как иначе? Родители по-другому не могут.

Я с удовольствием и сейчас смотрю его лекции. Он как-то меня пригласил на одну. Поначалу  все сидели и в компьютеры. А потом я видела, как закрывались эти компьютеры, как поднимались лица, как загорались глаза. Я потом говорю: «Пашка, тебе надо работать преподавателем.  Ты прекрасно держись аудиторию. Ты интересные вещи красиво рассказываешь. Он сказал: «Ну, мама, может быть потом. Пока я еще не готов. Я еще их могу и придурками назвать, а этого нельзя делать».

Я с ним разговариваю, что-то рассказываю, советуюсь, прошу помощи. У него было такое выражение: «Мамуська, не рви сердце». Поэтому я стараюсь не плакать, но это не всегда получается.

Мать погибшего журналиста Павла Шеремета Людмила Шеремет на кладбище в Минске, Беларусь, 18 июля 2018. Фото: Еврорадио для Громадского

При поддержке «Медиасети»