UAEN
Эксклюзив Громадского: Кондолиза Райс — о действиях и решениях США во время войны в Грузии в 2008-м году
6 августа, 2018

Наталья Гуменюк

Кондолиза Райс была государственным секретарем США во время российско-грузинской войны. Тогда в США президентом был Джордж Буш-младший, а в России — Дмитрий Медведев.
В то время именно она вела переговоры с российским министром иностранных дел Сергеем Лавровым и общалась с грузинским лидером Михеилом Саакашвили. Сейчас Райс работает в Институте Гувера в университете Стэнфорда, США.

Райс известна тем, что крайне осторожно подбирает слова даже в неформальном общении. Во время встречи с ней журналистка Громадского Наталья Гуменюк задала бывшему госсекретарю вопрос о том, насколько правильными были тогда действия США в этом конфликте.

Десять лет назад вы были госсекретарем США. Что вы скажете сегодня, могли ли Соединенные Штаты тогда действовать иначе? Мы знаем, что грузинский президент Саакашвили рассчитывал на большую поддержку Вашингтона, в частности, военную. Что вы скажете о тех событиях, если вспомнить нынешний контекст и то, что тогда, по сути, РФ перешла «красную линию», а со временем — аннексировала украинский Крым и развязала войну на востоке Украины?

Я помню июль 2008-го, я была с визитом в Грузии.

Мы говорили тогда президенту Саакашвили: русские будут пытаться вторгнуться в вашу страну, не отвечайте на это, не делайте этого, потому что никто не сможет защитить вас ни при каких обстоятельствах. И, к сожалению, тогда возникла перестрелка между миротворцами, что стало для россиян оправданием их действий.

Грузины должны были остаться в казармах. Я не виню грузин за то, что произошло. Но Соединенные Штаты не могли сделать так, чтобы избежать всего этого. Однако когда все уже произошло, США действовали настолько быстро, насколько могли, в том числе и предоставляя миллиард долларов финансовой помощи Грузии.

Тогда я также получила звонок от Сергея Лаврова, который сказал: «Я назову условия прекращения войны: грузины должны вернуться в казармы». Я сказала: «Ладно». Второе условие: «Грузины должны подписать договор о неиспользовании силы». Я сказала: «И здесь понятно». И также он сказал: «И Миша Саакашвили должен уйти. Но это только между нами».
Я сказала: «Сергей, госсекретарь США и министр иностранных дел России не могут вести разговоры о свержении демократически избранного лидера страны. Поэтому сегодня после обеда мой посол в ООН обнародует эту информацию перед Советом Безопасности ООН, что их (россиян — ред.) условия завершения войны — устранение с должности Саакашвили».

Он сказал: «Ты не можешь этого сделать». Я сказала: «Нет, я могу. И я позвоню каждому, кому могу — британцам, французам, полякам, чехам и всем скажу правду, и я так и сделала».
Я не знаю, как именно это сработало, но я довольна, что поступила именно так. С другой стороны, французские дипломаты поехали туда и добились соглашения. Но, к сожалению, согласно этому соглашению, зона отчуждения была определена так, что занимала 50 км грузинской земли за пределами Южной Осетии. Мы должны были это отменить. Поэтому я очень критически реагирую на замечания о том, что Соединенные Штаты могли своими действиями остановить вторжение в Грузию.

Ранее Громадское также обратилось за комментарием к Хайде Тальявини — швейцарскому дипломату, которая возглавляла Международную комиссию по расследованию обстоятельств войны. Результаты ее работы были опубликованы в 2009 году. Согласно отчету, войну начала Грузия в ответ на действия России, которые длились не один месяц, но обе стороны несут ответственность за эскалацию конфликта. Единственным ответом Тальявини Громадскому спустся 10 лет после конфликта было то, что и доклад, и «результаты расследования остаются актуальными и в 2018-м».

На архивном фото — президент Грузии Михеил Саакашвили (слева) и госсекретарь США Кондолиза Райс после переговоров в Тбилиси, Грузия, 10 июля 2008. Фото: EPA / ZURAB KURTSIKIDZE